Одной ногой в могиле - Страница 38


К оглавлению

38

— Ручаюсь, ты считаешь поэтической справедливостью, что я не знал, как продлилась моя жизнь. Я советовал Дону рассказать тебе о твоем возрасте три года назад, как только у них появилась уверенность. Он не согласился, а он — босс. Иной раз приходится выполнять приказ, даже если он не нравится.

— Иногда. — Я, не мигая, уставилась на него. — Но не всегда. И уж точно не тогда, когда от этого страдает друг. Тут мы с тобой расходимся во мнениях.

— Мы с тобой во многом расходимся. — Синие глаза встретили мой взгляд. — Ты меня в самом деле достала. Сперва признаешь, что у тебя дружок-вампир, потом при всех заявляешь, что я хотел тебя трахнуть. Что дальше? Высунешь член и скажешь, то ты на самом деле мужчина?

Его мрачный тон не соответствовал шутке, но я улыбнулась:

— Загонишь меня в угол — выпущу когти. Ты это знаешь. Хотелось бы, чтобы у всех вас было хотя бы подобие веры. Я дорожу и командой, и своей работой. Иначе зачем мне пачкаться в этом дерьме?

Он дернул уголком рта:

— Можешь одурачить Дона, Кошка. Но не меня. Я видел твое лицо сегодня вечером. Ты никогда никому не улыбалась так, как улыбнулась этому вампиру. Поэтому я не верю, что ты не потеряешь голову. Уже потеряла.

20

На следующий вечер Кости явился ровно к семи часам. Мы планировали рано поужинать, а потом спрятаться ото всех, хотя бы до утра. Как только я покинула базу, Дон открыл круглосуточную слежку за мной. Это, мягко говоря, портило настроение. Возможно, были и микрофоны, нацеленные на мой дом ради максимального эффекта.

Меня это сильно разозлило. Что Дон себе воображает? Будто оставшись без надзору, я соберу всех неумерших на сотню миль в округе, чтобы вручить им схему базы? Если бы не лозунг Дона о «большем добре», я бы сейчас же бросила работу.

Я все еще ворчала про себя, когда открыла Кости дверь… и уставилась на него, разинув рот.

На нем были черные брюки и синяя рубашка, которая удачно гармонировала с его сияющей кожей. Черная кожаная куртка, небрежно накинутая на плечи, удачно завершала ансамбль. Именно на куртку я и уставилась — длинная куртка, достававшая ему почти до коленей.

— Неужели это то, что я думаю?

Кости ухмыльнулся и покружился передо мной.

— Нравится? Ты ведь сохранила свой рождественский подарок… — Он кивнул на «вольво» у крыльца. — По справедливости, я был вправе получить свой. Тем более что ты его прихватила.

Это была куртка, которую я купила Кости на Рождество несколько лет назад, она пришлась точно впору. Я не успела вручить подарок, потому что Дон похитил меня незадолго до праздника. Кости, должно быть, извлек ее из тайника под неприбитой доской кухонного шкафа в моей старой квартире. Я сказала ему, где искать, в день, когда мы расстались. От мысли, что он за ней вернулся, я чуть не расплакалась.

Вероятно, эмоции отразились у меня на лице, потому что взгляд Кости смягчился.

— Прости, милая, — сказал он, обнимая. Я слышала, как щелкают направленные на нас шпионские камеры Дона. — Не думал, что тебя это огорчит.

Я справилась со своими чувствами.

— Все в порядке, — отрывисто произнесла я, чуть потершись о кожу. — Ты в ней великолепен. Точь-в-точь как мне представлялось, лишь цвет волос другой.

Кости тряхнул головой, отбрасывая с лица кудри цвета темного меда.

— Это мой натуральный цвет. Последнее время неохота было краситься, к тому же платиновый больше выделялся, верно? А тебе какой больше нравится?

Хороший вопрос…

— Впервые я увидела тебя блондином, поэтому тот цвет мне кажется более подходящим. Но не волнуйся — я не буду настаивать, чтобы ты пользовался перекисью.

Он хихикнул:

— Лишь бы тебе подходило.

Его взгляд прошелся по мне, и там, куда он падал, становилось тепло. Я нарядилась в простое короткое черное платье без рукавов, с треугольными вырезами спереди и сзади. Немного косметики, никаких украшений и, разумеется, никаких духов. Я помнила, что вампиры не выносят сильные запахи. При их обонянии даже капелька духов — резкий аромат.

— Готова? — тихо спросил он меня.

— Угу. — Почему-то более членораздельного ответа не получилось.

Боже! Мне годами ничего так не хотелось, как провести ночь в его объятиях, и очень скоро мое желание исполнится. Но почему я вдруг так занервничала? Словно подросток на первом свидании.

Кости сел на свой блестящий новенький «дукати». Он всегда любил мотоциклы, хотя я предпочитала другие виды транспорта. Но мотоцикл лучше всего подходил для нашего замысла избавиться от «хвоста». Во-первых, Дон наверняка приказал нашпиговать мою машину «жучками», пока я вчера разговаривала с ним. И во-вторых, никто не угонится за вампиром на мотоцикле.

Кости весело взглянул на меня, пока я надевала шлем и устраивалась у него за спиной:

— Слышу их: шмыгают, как крысы. Посмотрим, удержатся ли. Я начну полегоньку.

И он пулей понесся по улице, не обращая внимания на знаки ограничения скорости. Я крепче обхватила его за пояс. Совсем как в прежние времена!

Ресторан, куда меня привел Кости, назывался «Горизонт». Он располагался на самом верху двадцатиэтажного здания. Оттуда открывался прекрасный вид на город. Наружные стены были стеклянные и не мешали обзору, а наш столик стоял у самого окна. Я засмотрелась на красные и белые огоньки машин, ползущих под нами по улице, и праздно гадала, в которой из них сидят люди Дона. Звуки движения и голоса людей мешали определить точно. Но они были там, внизу. Я едва удержалась, чтобы не помахать им из своего окна-фонаря.

38