Одной ногой в могиле - Страница 20


К оглавлению

20

— Все та же скромница? Не дергайся, я запер за собой дверь.

Если он надеялся успокоить меня, то добился обратного результата. Я встала на ноги, но бежать было некуда — он загораживал единственный выход.

— Посмотри на себя, милая. Не могу сказать, что каштановый мне больше нравится, но в остальном ты ослепительна.

Кости провел языком по внутренней стороне нижней губы, а взгляд скользнул по мне сверху вниз. Его словно обжег мне кожу. Когда он шагнул ближе, я распласталась по стене.

— Стой, где стоишь!

Он беззаботно облокотился на полочку.

— Что ты так всполошилась? Думаешь, я пришел тебя убить?

— Нет. Если бы ты хотел меня убить, не устраивал бы засаду у алтаря. Ты, очевидно, знаешь мое новое имя, поэтому просто перехватил бы меня как-нибудь ночью, по дороге домой.

Он одобрительно присвистнул:

— Верно, пушистик, не забыла моих методов. А ты знаешь, что мне уже минимум три раза предлагали контракт на таинственную Рыжую Смерть? Один тип назначил за твое тело вознаграждение в полмиллиона.

Ну, это неудивительно. Как-никак и Лазаурус пытался обналичить чек за мою задницу по той же причине.

— Что ты ему ответил? Раз подтверждаешь, что не для того сюда явился?

Кости выпрямился, стал серьезнее:

— О, я, понятно, согласился. Затем выследил подонка и сыграл его головой в футбол. После этого заказы прекратились.

Я сглотнула, вообразив описанную им картину. Зная Кости, он именно это и сделал.

— Все-таки зачем ты здесь?

Он с улыбкой подошел ближе, игнорируя мой недавний приказ.

— Не рада видеть меня спустя столько лет? Знаешь, почему я хотел застать тебя врасплох? Чтобы увидеть твои глаза и узнать, что ты почувствуешь в самое первое мгновение.

Опасность! Опасность!

Нас разделяло меньше фута. Я никогда не могла сопротивляться его прикосновению. И не собиралась испытывать силу воли сейчас, а отчаянно пыталась придумать, чем его отвлечь.

— Познакомился с моим дружком?

Вот! То, что надо: глаза сощурились, губы сжались в прямую линию. Ной сбил настроение нам обоим. Я развивала преимущество. Опасность лучше страсти.

— И как же ты втерся в доверие к Ренди, чтобы стать у него шафером, а? Узнал, что за него выходит моя лучшая подруга? Должно быть, ты быстро запудрил ему мозги. Они всего месяц как помолвлены.

Он покачал пальцем у меня перед носом:

— С этим твоим Ренди я общаюсь уже полгода. Дениз познакомилась с ним гораздо позже. Необычный тип, согласна? Знаешь, что он сказал, впервые обратившись ко мне, после того как мы час просидели рядом в баре? «Надеюсь, это не станет надписью на моем надгробии, но вы все это время не дышали. Не расскажете мне, как это делается?»

Я моргнула. Дениз говорила, что Ренди мыслит оригинально. Ничего не скажешь! Я недооценивала его мужества.

— Он знает, что ты такое?

Кости кивнул:

— Я послал ему взгляд, знаешь, с зеленой подсветкой, и сказал, что он ничего не заметил. Он моргнул, как ты сейчас, и спросил, должно ли это действовать.

Вот это меня действительно впечатлило. У Ренди был естественный иммунитет к власти вампиров, даже таких сильных, как Кости.

— Понятно, это было неожиданностью. Я завязал с ним разговор, и мы стали приятелями. Только на этой неделе после того, как я согласился быть шафером, он встретился со мной в баре и принес на себе твой запах. Ты в тот день помогала ему двигать мебель.

Мне полегчало, но в то же время обидно было думать, что встреча с Кости — простое стечение обстоятельств.

— Так наша встреча обычное совпадение? Ты… э-э… оставил позади все, что было?

Мы сцепились взглядами.

— Ты хочешь знать? Не думаю, что скажу тебе. Помучайся, как я с момента получения твоей проклятой прощальной записки. Однако осталось незаконченное дело, и мы наверняка с ним разберемся, как тебе ни хотелось бы этого избежать.

Вот дерьмо! Я тогда оставила записку, потому что знала — не смогу сказать «прощай», глядя ему в лицо. И теперь, через четыре года, у меня все еще не было сил.

— Кэтр… э… Кристин. Ты здесь?

Моя мать громко постучала в дверь, и я обмякла от облегчения. В кои-то веки я была рада ее присутствию. Кости дернул углом рта:

— Наверное, я должен засвидетельствовать свое почтение твоей матушке, Котенок. Давно не виделись.

— Не смей…

Угроза замерла у меня на губах, когда он открыл дверь. Мать секунду ошеломленно его разглядывала, потом узнала. И побагровела:

— Ты! Ты!

— Приятно снова увидеться, Джастин, — с дьявольской издевкой проговорил Кости. — Этот цвет вам очень к лицу.

— Ты, грязная скотина! — бушевала она. — Каждую ночь я молилась, чтобы ты был мертв и гнил в аду.

— Мама! — Это прозвучало резко.

Время не смягчило ее сердце. Кости пожал плечами:

— Вам следовало молиться погромче. Всемогущий вас не услышал.

Я указала пальцем на дверь:

— Кости, все, что ты хочешь мне сказать, подождет до конца свадьбы. Моя подруга и твой друг ждут, чтобы с нами сфотографироваться, этим сейчас и займемся. Мама! Только пророни словечко, которое испортит Дениз свадьбу, и, богом клянусь, я разрешу ему тебя укусить.

— Всегда рад служить, Котенок, — заверил он.

Я дернула подбородком, указывая на дверь:

— Выходи!

— Леди… — Он с поклоном удалился.

Я смотрела, как он уходит, затем подошла к раковине и плеснула водой на лицо. Как бы то ни было, а на фотографии я должна выглядеть хорошенькой.

11

Чтобы моя мать согласилась не портить торжества и не сообщать о Кости мне на работу, понадобилось еще одно, более серьезное предупреждение — я пригрозила немедленным превращением в вампира.

20